Архитектура и градостроительство

Каждая эпоха в истории зодчества отличалась четко выраженными и свойственными только ей стилевыми чертами. Наше время – не исключение. Несмотря на определенные трудности, связанные в основном с финансами, на постсоветском пространстве появились интересные, с точки зрения архитектуры, объекты.

Свой вклад в развитие современной архитектуры вносят зодчие многих стран. Есть определенные успехи в этом направлении и у российских архитекторов. О достижениях, проблемах и перспективах российской архитектурной школы рассказывает Андрей Владимирович Боков, президент Союза архитекторов России.

С&р»: Андрей Владимирович, позвольте поздравить Вас с избранием на высокую должность президента Союза архитекторов России. Расскажите, пожалуйста, какие самые важные проблемы стоят сейчас перед российскими архитекторами и какие из них, на Ваш взгляд, нужно решать в первую очередь?

– Сегодня нам необходимо восстановление эффективного и интенсивного диалога с властью, бизнесом и обществом. К сожалению, мнение профессионалов очень часто недооценивается, а иногда и просто игнорируется. И это оборачивается прямым ущербом и для экономики, и для культуры.

Внутрипрофессиональная жизнь сегодня определяется отменой лицензирования и переходом к саморегулированию. Кстати, Союз архитекторов России выступает инициатором создания Ассоциации саморегулирующих организаций (СРО), занятых архитектурным проектированием, вопросами страхования, аттестации, стандартизации и всем тем, что формирует принципиально новые условия профессиональной практики.

«С&р»: Какие градостроительные события последних лет, на Ваш взгляд, были наиболее значимы в архитектурной жизни России?

– Территориальное планирование, градостроительство и комплексная охрана исторической среды, обширная, но внутренне взаимосвязанная область, в которой сегодня сосредоточены наиболее острые проблемы. Их решение требует усилий в области законодательства, в частности совершенствования Градостроительного кодекса Российской Федерации. Кроме этого, в радикальном обновлении нуждается вся научно-методическая база градостроительного проектирования, подготовка и переподготовка специалистов как в сфере проектирования, так и в сфере управления.

Все это особенно актуально в связи с решением Правительства обеспечить все муниципальные образования градостроительной документацией уже к концу текущего года. Хочу отметить, что на сегодняшний день качественными и полноценными материалами такого рода располагают лишь некоторые субъекты Федерации, в основном столицы автономных республик и города федерального подчинения.

Собственно появление этих документов, приведение их в соответствие с Градостроительным кодексом, установление зонирования и регламентов можно считать, пусть и не завершившимся, но весьма значительным событием последних лет.

Что касается событий зримых, то есть крупных, значимых и успешно реализованных за последние годы, то их оценка в нынешней ситуации переосмысления всех критериев, будет парадоксальной: недавние успехи, скорее всего, окажутся провалами.

НАША СПРАВКА

Андрей Владимирович Боков, президент Союза архитекторов России. генеральный директор Государственного унитарного предприятия Москвы «Московский научно-исследовательский и проектный институт объектов культуры, отдыха, спорта и здравоохранения «Моспроект-4» (ГУП МНИИП). Заслуженный архитектор Российской Федерации, доктор архитектуры, академик Российской академии архитектуры и строительных наук, член Союза художников России и Европейского общества культуры, действительный член Международной академии архитектуры (МААМ), почетный строитель Москвы. Автор более ста различных градостроительных и архитектурных проектов. Вел теоретические исследования по проблемам проектирования городской среды и развития социальной инфраструктуры Москвы. Один из идеологов «средового подхода в архитектуре». Андрей Владимирович награжден орденом Петра Великого 1 степени, орденом Почета (Указ Президента РФ № 564 от 24 апреля 2008 года), медалью «За высокое зодческое мастерство» им. Василия Баженова (высшая награда СА России на фестивале «Зодчество-2007). Лауреат Государственной премии России и Российской Национальной премии в области архитектуры «Хрустальный Дедал» за 2001, 2002 и 2004 гг.

«С&р»: Если бы Вам поручили «вывести» формулу хорошей архитектуры, какие основные составляющие Вы поставили бы туда в первую очередь?

– Я более всего склонен ценить «адекватность» решений, под которой понимаются точность, тонкость, артистизм, остроумие. Это значит не минимализм, не избыточность, а меру, баланс и соответствие задаче, которая диктуется извне и сверхзадаче, которую ставит перед собой сам архитектор.

«С&р»: Какие вопросы, с точки зрения профессиональной этики, на сегодняшний день, Вы отнесли бы к наиболее актуальным для российских архитекторов?

– Этическими нормами определяется как внутрипрофессиональная жизнь, то есть отношения между коллегами, так и понимание архитектором своей меры ответственности, места в окружающем мире.

В первом случае все сводится к тому, чтобы один архитектор не наносил бы другому – финансовый и репутационный ущерб. Такого рода дела, как правило, рассматриваются комиссиями Союза по профессиональной этике.

Второй аспект намного сложнее и по сути связан с самоопределением архитектора, с выстраиваемой им самим этической позицией. Один архитектор видит себя лицом, оказывающим услуги и исполняющим волю заказчика. Здесь и сейчас – это относительно новая, но очень популярная версия, практически, лишенная всякого этического смысла.

И есть еще более традиционная позиция, которая чаще всего оказывается позицией Мастера, понимающего свою ответственность намного шире, видящего себя и результат своего творчества во времени и пространстве. По моему глубокому убеждению, – это и есть «высокая» архитектура, которая, в отличие от коммерческой, не существует вне персональной этики, вне твердой этической позиции.

В то же время, я понимаю, что архитектура коммерческая существовала и будет существовать. Здесь важно другое – она не должна доминировать, так как ее преобладание будет означать смерть архитектурной профессии.

«С&р»: Андрей Владимирович, можно ли сегодня говорить об особенностях современной российской архитектурной школы и способствует ли она раскрытию потенциала молодых архитекторов?

– Все российские архитекторы, бесспорно, связаны культурой, культурной традицией, порождающей некие общие черты, чаще всего заметные извне. Однако наличие таких черт не есть неоспоримый признак или подтверждение принадлежности архитектора к одной «школе».

Более привычно и справедливо (до момента уточнения понятия «школы») говорить о школах региональных: московской, питерской, нижненовгородской, иркутской и т. д. Признаком такого рода «школ» считается наличие лидеров высших учебных заведений и общественная активность в разных формах – архитектурные конкурсы и выставки, печатные и электронные издания.

Насколько наличие таких «школ» способствует движению молодежи – однозначного ответа нет. «Школа» поддерживает и формирует некий общий уровень, часто делая его весьма высоким. Но приход новых молодых лидеров, смена лидерства в ситуации «школы» всегда сложное и волнующее событие.

«С&р»: В одном из интервью Вы сказали, что Вам более правильным и разумным представляется деление архитекторов на «пришельцев» и «туземцев». Скажите, какая между ними разница и чья деятельность более безопасна для развития города?

– На эту тему я исчерпывающе высказался в большой статье, которая опубликована в журнале «Проект Россия». Если отвечать на этот вопрос вкратце, то следует отметить, что существует две противоположные стратегии «поведения» архитектора в городе.

Одна из них направлена на сохранение, консервацию городской «ткани», следование неким жестким регламентам, а другая – на радикальное обновление. Эти стратегии реализуются параллельно, и для каждой из них должно быть выстроено четкое русло. В этом ключ к устойчивому существованию и развитию современного города.

«С&р»: В последние годы, гости Москвы отмечают разительные перемены в облике города. Расскажите, пожалуйста, о градостроительной перспективе развития российской столицы?

– Сразу оговорюсь, что выскажу лишь некоторые свои предположения на ближайшее и отдаленное будущее, так как официальная картина будущего определяется Генеральным планом, актуализация которого состоялась совсем недавно.

Итак, по моему мнению, ожидаемые, а точнее крайне необходимые движения, под давлением обстоятельств, скорее всего, будут осуществляться в следующих направлениях:

• координация Генеральных планов Москвы и Московской области, контроля над стихийным и интенсивным процессом урбанизации;
• формирование альтернативных историческому центру центров активности и притяжения, инфраструктурное обновление новых центров;
• диверсификация жилого фонда, сокращение доли панельно-секционного жилья в пользу съемных апартаментов, общежитий, домов гостиничного типа для «одиночек», неполных семей, молодежи, престарелых, частных индивидуальных домов в пригороде;
• изменение облика жилых образований, отказ от свободной планировки в пользу контролируемых дворовых пространств и организованных улиц.

Думаю, что и облик новых центров, и новых жилых образований будет иным: дома станут ниже, а уровень благоустройства – выше. В центрах сложится развитая система пешеходных пространств и путей, скоординированных с системой общественного транспорта.

«С&р»: В последнее время Градостроительный совет Киева обвиняют в хаотичной застройке города. Расскажите, пожалуйста, как решается вопрос сохранения исторического облика Москвы и Санкт-Петербурга?

– У Москвы и Питера разные судьбы, как и их исторических центров. Их сохранение зависит не только от деятельности Советов. Началом начал является Генеральный план, за которым следует совокупность документов, определяющих его реализацию. В перечень таких документов входят и так называемые «регламенты», вроде высотного регламента Санкт-Петербурга или утвержденных границ охранных зон центра Москвы.

Если бы предписания и ограничения, содержащиеся в этих документах, исполнялись – проблем не было бы. Но дело в том, что ограничения часто носят неоправданно жесткий характер, а претензии девелоперов – неоправданно агрессивны. При этом внятный и прозрачный механизм достижения согласия – отсутствует. С учетом этого и конечный итог неминуемо оказывается уродливым и вызывает справедливую критику, как у нас, так и у вас. Иными словами, эффективную систему сохранения наследия нам придется строить параллельно, и мы будем рады воспользоваться позитивным опытом своих украинских коллег.

«С&р»: Как можно сформулировать архитектурное кредо архитектора Бокова?

– Архитектура – это осмысленная геометрия и волнующее пространство. Мне не близки предвзятость и преднамеренность. Я избегаю самоповторов. Каждая новая задача – это начало новой жизни, нового этапа, новых усилий.

Я знаю, что хочу, но результат мне заведомо неизвестен. Он возникает раньше или позже, складывается как пазл или пасьянс и не из одинаковых стандартных клеток, а из множества действий, слов, движений, своих и окружающих людей.

И первым признаком этого сложившегося решения является образ, новый и сильный. Ведь архитектура живет образами.

Мне понятны люди, которые постоянно в движении, поиске и меняющиеся, вроде Пикассо или Мельникова, и менее близки – изобретатели «брэнда» или приема.

«С&р»: Как бы Вы определили стратегию современной архитектуры?

– Ответ на этот вопрос можно найти в той же статье, о которой я уже говорил выше. Если понимать под современной архитектурой не консервативную, а скорее радикальную ветвь, то ее сущность определяется сильнейшим давлением дизайна и актуального искусства

На фоне падения интереса к окружению, контексту и до почти полного игнорирования внешних обязательств, город наполняется огромными машинами и механизмами для жилья, работы и развлечений.

Эта стратегия, как единственная и безальтернативная, едва ли приемлема. Но она сосуществует со стратегией консервативной в итоге чего и формируется в конечном счете окружающая нас реальность.

«С&р»: Андрей Владимирович, Вы возглавляете Государственное унитарное предприятие московский научно-исследовательский и проектный институт объектов культуры, отдыха, спорта и здравоохранения «Моспроект-4». Расскажите, пожалуйста, о реализованных проектах, которые по-Вашему мнению, представляют собой архитектурную ценность и стали, а может в будущем станут, настоящими достопримечательностями столицы.

– Всякие оценки – дело критиков и времени. Сам я отношусь трезво и спокойно к своим работам и работам института.

Архитектура куда более зависима от внешних обстоятельств и условий, чем любой иной вид художественной практики, тем более архитектура крупных общественных и социально значимых объектов. Их судьба зависит от постоянного и сложного диалога с властями, представителями общественности, эксплуатирующей организацией, заказчиком, подрядчиком. При этом настроения участников этого диалога часто невнятны и переменчивы, а такие условия работы, как сроки проектирования и финансирование – строго ограничены.

И если вынужденные компромиссы не приводят к невосполнимым качественным утратам, к потере замысла, базовой концепции, то это уже удача.

По-настоящему серьезные и крупные открытия, качественные прорывы, отмеченные независимостью и самостоятельностью, ждут нас в будущем, когда архитектура снова займет подобающее ей место в культуре и жизни общества.

«С&р»: Наше издание читают украинские архитекторы. У Вас есть возможность обратиться к архитектурному сообществу Украины.

– Выставка работ днепропетровских архитекторов, прошедшая недавно в Москве, для большинства из нас открыла новую украинскую архитектуру, которая оказалась, достаточно зрелой, уверенной в себе и убедительной для окружающих.

Мы поняли, что в России и в Украине сложилось поколение активно практикующих архитекторов, знающих друг о друге меньше, чем о коллегах из дальнего зарубежья.

Новая архитектура России и Украины сегодня явно вышла из подросткового возраста и преодолела комплекс неполноценности и состояние культурного шока.

Мы стали яснее ощущать ценность собственных усилий и результатов и куда острее переживать успехи и неудачи тех, кто был нам всегда особенно близок.

Настало время сравнить результаты и обменяться уникальным опытом создания своей архитектуры и своих городов. И настало время, восстановить наше естественное родство.

«С&р»: Андрей Владимирович, благодарю Вас за интересный и содержательный разговор. Желаю Вам здоровья и успехов в реализации всех Ваших творческих замыслов.

Николай Бойко